«Я делаю шаг» (2023): фильм о профессии учителя и цене «нормальности»

Первый отечественный фильм с упоминанием дислексии

Три отзыва зрителей о фильме «Я делаю шаг» показывают, насколько по-разному его можно воспринимать. В них звучат главные голоса: одни благодарят за простую человеческую историю, другие сомневаются, может ли такое быть в жизни, третьи удивляются, как из обычных школьных будней рождается что-то глубокое.

Эти мнения важны, потому что сама картина стоит на грани — между социальной драмой и личной историей, между реализмом школьных будней и художественным преувеличением. Именно эта условность позволяет остро и ярко рассказать о такой проблеме, как дислексия.

«Я делаю шаг» - российский полнометражный фильм (2023), снятый режиссером Ольгой Акатьевой. Фильм заявлен как проект, привлекающий внимание к проблемам дислексии: он показывает, что трудности чтения и письма не равны низкому интеллекту и не отменяют таланта, но могут ломать биографии, если общество реагирует стыдом, насмешкой и «ярлыком». Именно поэтому история строится вокруг парадокса: человек с дислексией идет в профессию, где слово - главный инструмент.

Главный герой – молодой учитель русского языка и литературы Саша Макаров. Он мечтает о «престижной» школе, но из‑за обстоятельств возвращается в родной Псков и устраивается в обычную школу. Проблема в том, что у Саши дислексия: чтение и письмо даются ему значительно труднее, чем окружающим.

На старте героя проверяют сразу с трех сторон: подростки – на прочность, коллеги – на профессионализм, а собственная тревога – на способность «держать лицо». Сюжет развивается вокруг попытки выстроить с классом рабочие отношения и найти форму совместного дела, которая поможет подросткам и одновременно даст учителю шанс не провалиться.

«Я делаю шаг» не превращает историю в медицинскую «лекцию». Диагноз – не финальная цель, а источник препятствий, через которые герой учится быть учителем не «идеальным», а живым.

В одном из отзывов автор напоминает, что термин «дислексия» имеет длинную историю: впервые нарушение чтения было описано в 1887 году берлинским офтальмологом Рудольфом, который наблюдал мальчика с сохранным интеллектом, но серьезными трудностями чтения. Важно и уточнение: дислексия не тождественна проблемам зрения, а относится к особенностям переработки информации мозгом. 

Дислексия - «избирательное нарушение способности к овладению навыками чтения и письма при сохранении общей способности к обучению».

Для кино эта тема драматургически выигрышна: она позволяет показать, как невидимая особенность превращается в социальную уязвимость. Внешне герой выглядит «обычным», но в ситуациях, где требуется чтение, он мгновенно оказывается в положении человека, которого могут высмеять, разоблачить, лишить статуса.

Один из рецензентов указывает, что в фильме «скользящие кадры подчеркивают трудности восприятия героем букв и цифр». Это важная деталь: кино пытается перевести «внутреннее» в видимое. Когда буквы «плывут», «сыпятся» или «рассыпаются» в восприятии героя, зритель на секунду оказывается внутри опыта, который обычно скрыт.

Критика подкрепляется бытовыми аргументами: любой педагог знает, какая бумажная рутина обрушивается на учителя: отчеты, планы, проверки работ, журналы, бесконечные документы. Даже при поддержке близких трудно представить, как герой смог бы постоянно скрывать проблему и одновременно справляться с нагрузкой. Из этого критик выводит, что у картины благородная цель – привлечь внимание к дислексии, но средства иногда «не самые удачные».

Да, с точки зрения бытового правдоподобия ситуация кажется натяжкой. Однако именно эта гипербола обнажает главную проблему: наше общество зачастую смешивает диагноз с личностью, ставя на человеке крест в определенных сферах.

Фильм через этот парадокс задает ключевой вопрос: в чем суть профессиональной пригодности? В безупречной технике (грамотное письмо) или в умении увлечь предметом, понять ученика и стать для него моральным авторитетом? Герой доказывает, что главное – это гуманитарная суть профессии, а не безукоризненное выполнение ее технических норм.

Что касается реализуемости: в нашей практике СдавайОнлайн мы не раз видели, как дети, испытывавшие серьезные трудности в школе, позже блестяще реализовывались в вузах, находившие свою область и способы компенсации. Конечно, фильм доводит эту возможность до парадоксального предела, выбирая самую провокационную специальность – учителя литературы. Но в этом и есть его художественная задача: сломать стереотип и заставить зрителя пересмотреть свои представления о «возможном» и «невозможном».

В рецензиях упоминается и мотив бега. Герой бежит: в любую погоду, по разным улицам, словно «пробегает» свою жизнь и одновременно пытается догнать себя, не остановиться и не признаться в слабости. Для одних этот прием становится источником «глубины», для других – эмоциональным маяком, который без слов объясняет состояние: внутреннее напряжение не выключается ни на минуту.

Отдельная линия интерпретации – философская. Один из рецензентов формулирует парадокс: чтение и письмо – изобретенные человечеством навыки, но общество нередко превращает их в меру человеческой ценности. Если ты не умеешь делать то, что когда-то придумали другие люди, – тебя легко записывают в «неполноценные». «Я делаю шаг» превращает этот парадокс в эмоционально понятную историю и тем самым выводит разговор за пределы одной диагностики.

Немаловажно и то, что картина оставляет пространство для семейного и школьного разговора. Врач-рецензент подчеркивает: ему было важно сначала посмотреть фильм одному, а потом – вместе с сыном, чтобы обсуждать не только сюжет, но и отношение взрослых к детям, к их ошибкам, к «росткам» таланта, которые легко уничтожить словом. Такой эффект сегодня редкость и признак того, что история попала в живую точку.

«Я делаю шаг» – фильм не столько о диагнозе, сколько о том, как человек учится не стыдиться своей особенности и не жить в режиме постоянной маскировки. Школа здесь показана как место, где уязвимость заметна сразу: подростки испытывают границы, взрослые держатся за правила, а новичок пытается не «дать слабину».

Самая ценная мысль: человек не становится хуже от того, что ему трудно читать. Хуже становится общество, когда делает эту трудность поводом для стыда. Фильм предлагает сделать иной шаг - шаг в сторону уважения, поддержки и честности.

Если «Я делаю шаг» говорит о дислексии изнутри – через стыд, маскировку и страх быть «не таким», то мировое кино часто смотрит на школу снаружи: как на систему, которая давит, калечит или, наоборот, может стать местом спасения.

Мы подготовили отдельный разбор трех зарубежных фильмов, где учитель становится человеком, который меняет правила игры. Читайте статью «Учитель-бунтарь…» по ссылке.